Заключение ПМПК лежит на столе третий день. В нём написано «вариант 7.2», а дальше два пути, и ни один не выглядит простым. В районной школе обещают ресурсный класс, но тьютора «пока нет ставки». Частная коррекционная школа берёт с сентября, зато счёт идёт на десятки тысяч в месяц. Так выглядит выбор у многих семей, и он почти не обсуждается публично. Разбираем, что такое частная коррекционная школа сегодня, кому она подходит и о чём спросить до подписания договора. Сколько таких детей и куда они ходят По данным Минпросвещения, в 2025/26 учебном году в российских школах учатся 1 061,5 тысячи детей с ОВЗ и инвалидностью. 69% из них учатся инклюзивно, то есть в обычных классах. Остальные в коррекционных классах и отдельных школах. Коррекционных школ в стране 1562 по итогам 2024 года, в 2020 году министерство называло цифру 1664. Число детей в них с 2016 года сократилось с 429 до 392 тысяч (данные на 2024 год). Государство давно сделало ставку на инклюзию. Массовое закрытие коррекционных школ остановлено, но сеть понемногу сжимается. В обычных школах при этом работает 188 тысяч коррекционных и инклюзивных классов. Класс есть, а специалистов для него часто нет. Минпросвещения ещё в 2022 году признало дефицит дефектологов и логопедов, а за восемь месяцев 2026 года работные сайты насчитали 5,8 тысячи вакансий по этим профессиям. В этот разрыв между заключением ПМПК и реальной помощью в школе и встал частный сектор. Что такое частная коррекционная школа Юридически это обычная частная школа с лицензией. Учит она по адаптированным программам, по ФГОС для детей с ОВЗ и федеральным адаптированным программам Минпросвещения. Закон об образовании в статье 79 разрешает учить детей с ОВЗ и вместе с остальными, и в отдельных классах, и в отдельных организациях. Требования к программе и условиям те же, что у государственной коррекционной школы. Таких школ очень мало. Частных школ в России около 940, в них учатся 1,2% всех школьников. Сколько из них работают с коррекционным профилем, никто не считал. В каталоге коррекционных школ на fulledu.ru 2300 карточек, и лишь шесть из них отмечены как частные. Работают они по-разному. Школа св. Георгия в Москве больше 30 лет принимает детей с аутизмом, интеллектуальными нарушениями, синдромом Дауна и множественными нарушениями развития. Это некоммерческая организация. «Учёный Подсолнух» держит дошкольное отделение и начальную школу для детей с ЗПР, РАС, интеллектуальными нарушениями и нарушениями опорно-двигательного аппарата. Центр образования «Мир» в Ногинске работает как пансион для детей от 5 до 12 лет с РАС, ЗПР и синдромом Дауна. Есть и другой формат, когда большая частная школа вроде центра им. Олехника открывает отделение для детей с ОВЗ внутри общеобразовательной среды. Сколько это стоит и кто платит По карточкам каталога вилка широкая, от 14 тысяч рублей в месяц за отделение внутри обычной школы до 80 тысяч в пансионе. У школ с полностью коррекционным профилем цена начинается от 40 тысяч. Для сравнения, средняя частная школа в Москве по подсчётам t-j.ru стоит 61 тысячу в месяц, а по России 44 тысячи. То есть коррекционная школа не дороже обычной частной. Держат такую цену две вещи. Благотворительность, потому что многие такие школы существуют как НКО. И бюджет. По данным на 2019 год Москва платила частным школам с лицензией от 125 до 160 тысяч рублей в год на ученика, а для школ, создавших условия для детей с инвалидностью, был предусмотрен отдельный грант. В регионах норматив тоже есть, но одна из региональных частных школ на форуме 273-ФЗ.рф оценивала разрыв с реальными затратами в восемь раз. Если школа получает бюджетный норматив на вашего ребёнка, брать плату за ту же общеобразовательную услугу она не должна. Платным может быть только то, что сверх программы, то есть пансион, дополнительные занятия, продлёнка. Что даёт коррекционная среда Главный аргумент за коррекционную школу, частную или государственную, это среда. В маленьком классе с постоянным тьютором многие дети с РАС перестают тратить силы на то, чтобы просто выдержать шум, смену задач и три десятка человек вокруг. Эти силы остаются на учёбу. Специалисты видят ребёнка ежедневно и корректируют индивидуальный план на школьном консилиуме, не дожидаясь новой ПМПК. Частная школа отличается от государственной не самой средой, а тем, кто и как в ней работает. Именно это и стоит проверять. Но у такой среды есть и другая сторона. Ребёнку с вариантом 7.1, 7.2 или 8.1, 8.2 нужна речь сверстников и живой опыт того, как дети договариваются, ссорятся и мирятся. Если он надолго остаётся в группе, где у всех другие задачи, этого опыта становится меньше. Лучше всего работает гибкий маршрут, а не выбор раз и навсегда. Для части детей это малый класс в начальной школе, а потом обычный класс с сопровождением по новому заключению ПМПК. Для детей с интеллектуальными нарушениями переход в инклюзию не самоцель, там важнее самостоятельность в быту и программа по силам. Маршрут может меняться и в обратную сторону, из обычного класса в малый, и это не откат, а подбор среды под ребёнка. Хорошая школа обсуждает с семьёй следующий шаг заранее, а не в последней четверти четвёртого класса. Если об этом в школе не говорят вовсе, спросите сами. На что смотреть внимательно Первое. Частных коррекционных школ в России очень мало, и это скорее сообщество энтузиастов, чем рынок. Качество держится на конкретных людях. Уйдёт основатель или ведущий дефектолог, и школа может заметно измениться за один учебный год. Второе. Тип «коррекционная школа» из закона об образовании исчез, и слово в названии ни к чему не обязывает. Под ним может стоять и школа с настоящей командой, и обычная частная школа, которая принимает детей с ОВЗ за повышенную плату, не имея в штате ни одного дефектолога. Третье. Заключение ПМПК рекомендательно для родителей, а для школы, которой вы его предъявили, обязательно. Она должна создать указанные в нём условия. По статье 55 закона об образовании на адаптированную программу зачисляют только по рекомендации ПМПК и с согласия родителей. Школа, которая предлагает «учиться по обычной программе, а коррекцию сделаем сами», обходит эту норму. К четвёртому классу может оказаться, что ребёнок не освоил свою программу, а школа не знает, что делать дальше. Что проверить перед договором Лицензию и приложение к ней. В приложении должен быть уровень образования вашего ребёнка и адрес, по которому школа реально работает. Какой вариант АООП школа реализует. Программа должна совпадать с вариантом из заключения ПМПК, итоговый документ об образовании выдают именно по ней. Штат. Сколько дефектологов, логопедов, психологов в штате, а не «по договору». Кто именно будет вести вашего ребёнка. Соотношение детей и взрослых в классе и включён ли тьютор в стоимость. Что происходит при выпуске из начальной школы. Есть ли основная школа. Есть ли опыт перевода детей в обычный класс, если ребёнку это подойдёт. Получает ли школа бюджетный норматив и за что тогда берутся деньги. Инклюзия в государственной школе стала нормой, но детям, которым нужна постоянная поддержка нескольких специалистов, её пока часто не хватает. Частные коррекционные школы пытаются закрыть этот разрыв, пока точечно и в основном в Москве. Ни один из двух путей не хуже другого, и ни один не окончателен. Заключение ПМПК можно получить заново, а маршрут поменять, если ребёнку стало тяжело или, наоборот, тесно. Сходите в школу с заключением в руках, посидите на уроке и задайте шесть вопросов из списка выше. По ответам будет видно, кто и как будет работать с ребёнком. Если вы склоняетесь к обычной школе, почитайте, как устроена инклюзия на практике и что рассказывают родители.